К.Н. Рябинин. Развенчанный Тибет

Часть I. УРГА — ЮМ-БЕЙСЕ

9/IV Сборы.  Видение ламы.  Владыка Шамбалы.

Закончено знамя Майтрейи! Цель Миссии, впервые в истории без маскировки и утаивания посвященная основам истинного буддизма, волнует своей значительностью. Спешно заканчиваем сборы Миссии, отправляющейся из Урги на юго-запад. Выезд намечен на 15 апреля, но надо спешить - тают в Гоби движущиеся пески; предупреждают об этом из Торгпредства СССР, у которого взяты в аренду автомобили. Решаем выехать 13 апреля, то есть ранее назначенного срока. Получена телеграмма из Нью-Йорка, сообщающая о появившейся в «New York Times» пространной телеграмме из Москвы о поручении Н.К. экспедиции в Тибет якобы Академией Наук. Немедленно телеграфируем и восстанавливаем истину - экспедиция имеет отношение только к американским учреждениям. Как выяснилось, «Times» не поместила последней достоверной версии. Поместили ли ее три или четыре другие нью-йоркские газеты? Слышно, что это уже вторая странная выходка со стороны «Times». Откуда это?

Явился представитель монгольского правительства Ц.Ж., который, упоминая о наступающих великих временах, сообщил, что в августе месяце прошлого года, перед приездом Н.К. в Ургу, один монгольский лама имел видение: лица монгольского народа были обращены на Запад, как вдруг с Запада появился Всадник на гигантском коне, после чего все люди обратили свои взоры на юго-восток.

Тут же Ц.Ж. обратился с просьбой от имени монгольского правительства составить проект постройки храма-музея - хранилища картины «Владыка Шамбалы», изображенного в виде Великого Всадника, подаренной Н.К. монгольскому правительству. Там же будут находиться и другие особо почитаемые предметы. Обратим внимание на видение ламы и сущность названной картины. Он же передал просьбу ЦК Монгольской народной партии о разрешении перевода на монгольский язык книг «Основы буддизма» и «Община». И многозначительно, и необычно!

13/IV День отъезда и волнений.

Вчера тибетский доньер[40] принес паспорта, какие он обычно выдает паломникам, и особое письмо Далай-Ламе, которые и передал Н.К. в присутствии американцев, а также и свои символические благопожелания. Будем надеяться, что они глубоко искренни. Н.К. подарил ему шелковую монгольскую шубу и кусок старинной парчи.

Сегодня день отъезда и волнений, начавшихся с погрузки снаряжения на автомобили. В 10 ч. утра, когда уже выехала за ворота первая из пяти машин, вдруг оказалось, что Торгпредство, предоставившее автомобили, не позаботилось запастись номерами и пропусками для них. Новые хлопоты: поездки по учреждениям, грозящие затянуться на неопределенный срок, до нескольких суток. Но в самый критический момент получена многозначительная телеграмма, и в результате отношение служащих резко изменилось в сторону угодливости; проволочки рассеялись, как дым.

Для проводов выехали представители монгольского правительства и американских организаций, провожали за 20 верст, не доезжая ветеринарного пункта.

В 8 ч. вечера - первая остановка в живописной местности в долине реки Толы, после ветеринарной стоянки Сенген, на фоне близких гор. Ночь холодная. Прошли 22 английских мили.

14/IV Плохие машины.

Встали около 6 ч. утра; день обещает быть жарким, солнечным. В 8 ч. 30 м. двинулись дальше. Пролетели «турпаны» - дикие утки. Н.К. вспоминает, что несколько лет назад одним высоким лицом Востока было сказано о Миссии: «Ковры Азии стелются для вас; пойдем так тихо, что птица турпан не услышит».

Машины дали старые и неисправные. Еще вчера, через несколько миль хода, обнаружилась неисправность карбюратора нашей машины. Сегодня у другого автомобиля отскочила шпонка.

Еще со вчерашнего дня шофер У. что-то записывает в свою книжечку, по-видимому, - наши разговоры, и мы, шутя, охотно предоставляем ему материал для записи. Пусть проявляет свою наблюдательность и усердие. Сегодня у его автомобиля сломалось крыло. Утром, во время остановки испытания винтовок, У. снова вынул книжечку и что-то записал. Он, по отзыву других шоферов, «старший» и послан как «доверенное лицо». Передали это с опаской, остерегаясь. Во время стрельбы, демонстративно записывая в книжечку свои соображения, У. бормочет: «Ну и стреляйте!» Оказалось, что из пяти шоферов кое-как знает дорогу только один Ч. Сегодня друзья-американцы предполагали вылететь из Урги и быть около 11 ч. утра в Верхнеудинске. Завтра в Тиен-Цзине ожидаем еще одного друга.

Шоферы оказались плохи, не лучше старых, изношенных и постоянно ломающихся машин. До 2 ч. 30 м. пополудни прошли всего лишь 18 миль по хорошей дороге, то есть со скоростью верблюда. На машине шофера Ю. из-за небрежной погрузки развязались вещи. Когда отъезжали, представитель учреждения, предоставившего нам машины, просил потом сообщить об условиях пройденного пути. В 4 ч. 30 м. сломалась полуось у автомобиля Ч. Поднялся холодный ветер, небо обложено снеговыми тучами. В 7 ч. вечера опять остановка из-за неисправности карбюратора. За день прошли 40 английских миль, то есть всего 60 верст, а в два дня 62 английские мили или 93 версты. При такой медлительности на подобных автомобилях, да еще за большую плату, ехать не стоит. Вечером, в девятом часу, сделали остановку.

15/IV Прекрасные дороги и поломки машин.

Ночь была теплее вчерашней. Вышли в 8 ч. 30 м. утра. В пути выяснилось, что единственный якобы знающий дорогу шофер знал ее лишь до первого населенного пункта. Возникла необходимость взять проводника после первых полутораста миль.

Перед самым отправлением из Урги представитель транспортного учреждения еще раз заверил, что все в полном порядке, машины подготовлены. Но проехав всего одну милю, остановилась машина Ю., у которого, по словам У, в бензине оказалась вода. За такую бесхозяйственность следовало бы как следует взыскать, ибо эта версия о какой-то воде в бензиновых баках нас преследует уже второй день, усиленно повторяемая всеми шоферами.

Нам пришлось воспользоваться русскими машинами ввиду того, что Монголтранспорт совершенно откровенно и деловито поставил в известность о неимении у него годных для дальнего следования машин. Спрашивается, что же заставило Торгпредство скрыть истину, предоставив непроверенные машины? Где же они, заветы Ленина?

В 9 ч. 30 м. опять остановка - лопнула шина у машины Ю.В.

10 ч. 30 м.; скорость 30 миль - дорога изумительно хороша.

11ч. 50 м.; снова остановка - сломалась машина у 3.

В 2 ч. дня все еще стоим - перетягивают шины у машин 3. и Ю.

В 2 ч. 30 м. двигаемся наконец далее. В 4 ч. дня опять неисправность карбюратора у машины Ю. Оставили в пути три машины, двинулись к стоянке на двух автомобилях.

В 5 ч. 45 м. стали на стоянку вблизи тающего снега в лощине меж гор - ручья нет.

За день прошли всего 54 мили, то есть 81 версту. По дороге видели сидящих в степи на земле двух больших орлов. Миновали несколько «керексуров» - древних монгольских могил. В 7 ч. вечера прибыли на стоянку остальные три автомобиля - в дороге у одного лопнула шина и в бензиновых баках оказалось до четверти бака воды.

В дороге произошло курьезное происшествие - жук остановил автомобиль, забравшись в бензиновую трубочку. Качество дороги сегодня не уступало дорогам Италии, то есть было превосходно.

16/IV Монголы  перегнали.  Майтрейя.  Керексуры  и бо.

8 ч. утра, шоферы не спеша собираются в дорогу. Монгольский автомобиль, пришедший накануне вечером и сделавший в один день три наших перехода, уже минут двадцать как ушел вперед хорошо загруженный, что заметно и по упаковке багажа, и по оборудованию машины - бидоны для бензина вдвое большего размера, чем наши, надежно укреплены в один ряд в рамках на подножке, а не в ящик, в два этажа, как у нас. Вспоминается, что во время хлопот о номерах и паспортах машин в последние минуты отъезда монгольское правительство пошло нам навстречу, быстро устранив все формальности и недоговоренности, которые долгое время существовали у него с представителями Торгпредства, чтобы только выказать уважение монгольского правительства к Н.К., помочь нам и дать возможность скорее отправиться в путь.

У соленого озера Хато-нор сделали снимок монастыря Туга-сама и посетили храм, посвященный Майдере (Майтрейе), изображенному со спущенными ногами, - символ близкого пришествия в мир и времени наступления мировой Общины, - и затеплили огонек перед символом грядущей эволюции. Шли оттуда полчаса до машин, к которым в это время подоспели отставшие. В 11ч. 30 м. остановка - увяз в грязи У, поленившись объехать это место, взяв в сторону десять метров. Едем по солончаковой степи, горы меньше, вид холмистый, снега на холмах почти не видно. Озеро Хато-нор раза в три больше Тинакского -в будущем может служить для соленых и грязевых лечебных ванн. Сдвинулась машина У, остановилась машина М. из-за неисправности бензиновой трубки. У ручья встретили двух турпанов, которые улетели, когда шофер подошел совсем близко.

Вопреки предупреждениям встречных монголов, что впереди ручей и ехать дальше нельзя, шофер Ч., «знающий дорогу», заверил всех в обратном. В результате, когда ручей все же преградил нам путь, пришлось с большим трудом и риском преодолевать его. В 1 ч. 45 м. дня достигли большого монастыря в селении Мишигун с громадными запасами «аргала» - местного топлива из помета, сложенного в кучи. Мелодично щебечут клушицы - галки. По дороге встретили брошенный труп ребенка, увязанный в кожу; немного далее человеческий череп - монголы не хоронят мертвых, а выбрасывают. В семи верстах от Урги имеется такая «Долина Смерти», где выброшенные трупы глодают волки и собаки.

По количеству керексуров, оленьих камней и дольменообразных[41] сооружений можно сделать вывод, что эти места были свидетелями многих переселений. Дорога изумительного качества. Лед на встречающихся озерках уже посинел, только местами слабые признаки снега. Какая досада: у машин Ч. и М. вышли из строя шестерни. В 5 ч. сделали остановку у соленого озера. Ч. заявил, что дальше не поедет, так как проголодался и хочет отдохнуть. Состоялся серьезный разговор с шоферами. К счастью, в этом месте оказался снег, и мы накипятили воды. Дальше, по-видимому, с ней будут затруднения. Выяснилось, что шоферы забыли взять в дорогу приготовленные нами бидоны для воды.

На вершине одного перевала оказалась кучка камней бо[42], куда все положили по камешку, а тибетец Кончок произнес при этом по обычаю молитву - пожелание доброго пути всем путешествующим. Прошли за день 70 миль.

17/IV Каменная баба и дольменообразные сооружения.

Резкий, порывистый ветер и холод; небо обложено тучами. Наши спутники-буряты под руководством сопровождающих нас лам поют песнь о Шамбале, сложенную Су-хэ-Батором, героем недавнего прошлого Монголии. У Ч. случилась авария с машиной: расплавился подшипник; ремонт потребует не менее трех часов. Решили с частью машин двигаться дальше, оставив Ч. и 3. на месте для ремонта. Пройдя 14 миль, увидели великолепный образчик каменной бабы с остатками разбросанных вокруг костей животных, по-видимому, следов жертвоприношений, и ведущую к ней с гор в долину дорогу в виде аллеи из высоких острых камней.

По местному преданию, это изваяние, грубо высеченное из камня, поставлено в честь разбойника, который после смерти стал как бы божеством дороги и теперь в образе каменной бабы охраняет путников, приносящих ему дары, складываемые в отверстие в животе, и просящих о помощи или грозящих ему, если он не исполнит их просьбы; наш спутник - тибетец Кончок очень серьезно выговаривал «божеству дороги» за наши путевые невзгоды с машинами. Какое непонимание, граничащее с варварством, похищать для музеев подобные местные памятники глубокой древности, связанные с окружающей природой и верованиями! Продолжает дуть порывистый ветер, во время остановок сдвигающий автомобиль с места.

В 1 ч. 50 м. дня, проехав с утра 65 миль, прибыли к чрезвычайно извилистой речке Онгин-гол; трех отставших автомобилей еще нет, один из них застрял в дороге. Решили остановиться и подождать их. Дорога все время превосходная. Местность совершенно пустынная, с грядами низких гор на горизонте. При переезде через реку наш автомобиль застрял. Помогали нам и другому автомобилю съехавшиеся монголы, во время отдыха курившие длинные трубки, напоминая всем своим диким видом североамериканских индейцев.

Лишь в 7 ч. вечера прибыл один автомобиль; в дороге дважды лопнула обтяжка шины у машины Ю. Проезжали выветрившиеся горы, подле которых встречались такие же по строению могилы, сложенные из громадных валунов; на ум приходит мысль, что положительно эти дольменообразные груды должны быть естественным порождением всюду разбросанных дольменов. Древним путникам они напоминали о традициях их далекой родины. А оленьи камни, - разве это не менгиры[43] Бретани? А каменная аллея у изваяния «бабы», - разве она не заставляет вспомнить подобные же сооружения Британских островов?

18/IV Степные орлы. Ленин и Карл Маркс в пустыне.

Утро яркое, солнечное, холодный ветер; за ночь река покрылась льдом. Идет переправа и перегрузка прибывших поздно вечером автомобилей, остановившихся у переезда реки. Неисправный с самой Урги манометр нашего автомобиля совершенно вышел из строя, пропуская масло наружу, - новая задержка с пайкой. Наконец в 10 ч. утра автомобили переехали через речку к нашей стоянке. Надо вновь перегружать их; только двинемся - досадные задержки, тогда как надо спешить, пока в пустыне не растаяли движущиеся пески.

Прибывший в 11 ч. утра Ю. занялся машиной, не потрудившись на ночь слить воду, теперь замерзшую, - новая задержка на полчаса. Выехали в 12 ч. дня; У. уехал, не дожидаясь нас, вперед; Ч. направился в город Узинван сдавать пустые бидоны. Вынуждены, догнав У, заехать в городок и взять нового проводника.

В 2 ч. 30 м. дня выехали дальше в горы с проводником-ламой Тамчой (76 лет) из Узинвана. В 5 ч. 30 м. стали на перевале, ожидая машины 3. и Ю., застрявшие по обыкновению в пути, - одна из них «шалит», у другой лопнула шина. Тут же выяснилось, что на все пять машин имеется лишь два исправных насоса. На остановку на перевале подъехали, как обычно, монголы - слетаются, как орлы степные. Неожиданность - один из них знал несколько слов по-русски: Москва, Коминтерн, Интернационал, Ленин, Карл Маркс, браунинг и наган.

Спустились в долину около 7 ч. вечера, куда вскоре прибыли и отставшие машины. На горизонте снеговые горы; ни воды, ни снега нет, холодно. Во время перетяжки шин Ю. должен был сменить четыре камеры, так как все оказались дырявыми, сплошь в заплатках; ходит версия, что незадолго до нашей отправки были получены из Китая старые автомобильные части. Что можно сказать о таком хозяйствовании? Результаты его мы ощущаем теперь на себе, в то время когда надо спешить.

19/IV Проводник-лама.  Курган.  Песнь  о Шамбале.

7-й день путешествия. Прошли вчера 36 миль, а всего 284 мили или 426 верст; до Юм-бейсе остается немного менее половины пути. Дорога все время прекрасная, но плохи машины и шоферы. Худший путь от Верхнеудинска до Урги, 600 верст, был пройден в три дня; прибыли на четвертый день утром. Только что выяснилось, что везем лишний автомобильный груз - 30 пудов масла, которое Торгпредство должно было отправить вместе с запасом бензина ранее.

Выехали в 9 ч. утра. Пройдя около 17 миль, пересекли две горных речки; дорога идет плоскогорьем, окруженным снеговыми горами. На 18-й миле остановка - лопнула шина у 3. В 11 ч. 20 м. двинулись дальше. В 12 ч. 45 м. новая авария - раскрошился подшипник у динамо. Поставили новый подшипник и сняли цепь у динамо - «хороша машина», но только тогда, когда действует. Оказалось, что в машине У. в бидоне с бензином - половина воды.

В 2 ч. закончили ремонт и двинулись дальше. Через 20 минут новая авария - у машины У. лопнула полуось на очень хорошей дороге из-за небольшой выемки, по-видимому, по его неосторожности. Обнаружили неподалеку каменную насыпь в виде полусферы, выложенную поверху из крупных камней; вокруг нее - камни поменьше. Диаметр круга 32 аршина; за ним второй круг из камней, расположенных небольшими кругами, вроде древнерусских жальников. Вблизи кургана находится полуразрушенный, должно быть, Унгерном, лангар - постоялый двор. В 4 ч. 30 м. остановились у горного ключа, проехав немного далее, оставив на месте У. для замены полуоси. За сутки проехали 31 милю, а всего 315 миль или 472,5 версты. Стоим на разветвлении путей на Улясутай и Юм-бейсе -желтые бугры арктического характера и чистый горный ручей наполовину под ледяным покровом. Наш проводник лама Тамча считает, что от Урги прошли 16 уртонов (почтовых перегонов) и осталось до Юм-бейсе 13 уртонов. Вечером у костра буряты и ламы опять поют песнь Сухэ-Ба-тора о Шамбале.

20/IV Признаки Гоби. Золотоносный кварц.  Тибетский караван.

8-й день путешествия. Выехали в 9 ч. утра; день солнечный. Едем с небольшими остановками в пути. До 12 ч. дня проехали 24 мили; лопнула обтяжка у машины Ю.; все стали. Почва местами песчаная, покрытая вереском, - сказывается близость пустыни Гоби. Слева виднеется снеговой горный хребет - Богдо-гол.

После некоторых плутаний подъехали к реке Хаз-гол; у самой воды найдены куски кварца со значительным количеством золотых блесток. В 2 ч. 15 м. пересекли реку и двинулись далее. Кварцевый хребет при спуске к реке выступает наружу. Недалеко от реки Хаз-гол встретили караван верблюдов, направлявшихся в Ургу, причем узнали, что дунгане[44] вовсе не прекратили своих враждебных действий по отношению к цамдамцам, наоборот, опять что-то замышляют, и Фын не является примиряющим звеном.

Несколько дней назад в Ургу проехал князь Богдо-Цай-дам. В 3 ч. 40 м. перед перевалом застряла машина Ч. из-за неисправности бензиновой трубки. Полное бездорожье; идем по верблюжьим тропам через перевалы. Жаркий день, на горизонте в тумане виднеются горы. Проехали 65 миль. До Юм-бейсе остается три-четыре почтовых перегона. В случае удачной дороги предполагаем доехать завтра к вечеру. В 8 ч. вечера стали на ночь, проехав озеро у снегового хребта. Дорога все время песчаная.

21/IV Наши ламы.  Река  Туин-гол.

9-й день пути. Утро солнечное, теплое, слабый прохладный ветерок. Идут сборы палаток, вещей. Старший лама Данзан Малонов деятелен. Неповоротлив лама Кейдуб. Торгоут остается торгоутом[45]. Молодой желтый лама Бухаев собирает мелкие вещи, чтобы не забыть их на стоянке. Лама Ламаджан Церемнилов, стоя на вещах наверху автомобиля, утаптывает и укладывает их. Даже старый Тамча, проводник 76 лет, помогает носить вещи. Вообще, присутствие в Миссии развитых и деятельных лам сказывается положительно на всем, принося большую помощь. Не успели тронуться как начались поломки: заглох автомобиль 3. из-за воды в бензобаке; затем у машины Ю. лопнула камера. Оказалось, что запасные камеры пропускают воздух. Предложили старшему шоферу У. взять камеры у других водителей, но тот отказался. Заметно, что шоферы недружны меж собою и не оказывают друг другу должной помощи. Часто ссорятся, видимо, не признавая авторитета У., человека нервного, почти истерического характера. Только после нашего указания и настояния взяли у 3. готовую, накачанную камеру; пытаясь заклеить негодные камеры, простояли около часа.

В 11ч. 25 м. двинулись дальше. Не доезжая до речки Туин-гол, произошла новая остановка - у Ч. вышла из строя бензиновая трубка. День жаркий. Тун-гол - быстрая, неглубокая речка с каменистым дном и берегами, усеянными мелкой щебенкой. Переправились через нее в 1 ч. дня. В 2 ч. дня миновали второй рукав реки. Выяснилось, что из пяти домкратов можно пользоваться только двумя. Четыре раза были остановки машин из-за перегрева. К 4 ч. дня прошли 28 миль. В 6 ч. вечера сделали 35 миль. Лопнула полуось у 3. В 7 ч. 10 м. вечера остановились, проехав 40 миль. Всего за девять дней прошли 415 миль, то есть 622,5 версты.

22/IV Первая зелень. Куланы и дикие козы. Перевал.

10-й день пути. Утро жаркое. Выехали в 9 ч. утра. На шестой миле у машины 3. лопнул обод колеса. Едем на автомобилях верблюжьей тропой (кратчайшим путем). Слева виднеется снеговой хребет, далекий родственник Алтая; часть ближайших гор находится в стадии песчаного распада (выветривания) - сказывается близость пустыни. На восьмой миле пути встретили в долине полный колодец и наполнили все сосуды ледяной водой. В 12 ч. 30 м. двинулись далее; дорога трудная - через перевалы и пески; идем с частыми задержками. С гор веет прохладный ветерок. На 21-й миле встретили бегущих куланов и диких коз; полное безлюдье. К концу дня увидели трех верблюдов и проводника с двумя лошадьми. Появились первые зазеленевшие кустики. В этот день прошли особенно крутой и опасный перевал; все части автомобиля сотрясались при спуске; люди шли пешком. Остановились в 6 ч. вечера, проехав 30 миль, а всего за это время - 445 миль. После расспросов выяснилось, что у шоферов нет специального разрешения на переезд через пограничный пункт в Юм-бейсе.

23/IV Потеря пути. Озеро Боро-нор. Дикие гуси.

11-й день пути. Наши вчерашние расспросы паспортах оказались своевременными - сегодня утром узнали, что у старшего шофера У. потерялся чемоданчик, в котором находились, по вчерашней версии, остатки еды и ложка, а сегодня оказывается, что в нем же были и паспорта, но, конечно, надо думать, без того разрешения, о котором мы спрашивали и которое требуется монгольскими властями. Выехали в 8 ч. 45 м. утра, погода хорошая. Вскоре у автомобиля 3. лопнула шина - задержались на час. Продолжаем ехать верблюжьей тропой по песчаным местам, часто увязая в песке.

1 ч. 25 м. - проехали 14 миль, пересекая множество «песчаных речек». Вдруг обнаружилось, что сбились с пути, - проводник потерял тропу, куда двигаться дальше -не знает. После блуждания вверх и вниз по откосам встретили монгола, и тогда только выяснилось, что идем по ложному пути. Потерян почти целый день. В блужданиях прошли 26 миль. Только после этого пошли по указанному монголом верному направлению на Юм-бейсе и вскоре выехали на хорошую дорогу. Вдали сверкало озеро Боро-нор (Дождевое). Повстречались три табуна куланов. С озера Боро-нор, в стороне от дороги, где остановились на ночь, спугнули целую стаю гусей. Озеро оказалось с хорошей пресной водой; этим отчасти и объясняется присутствие в этой местности больших табунов куланов и диких коз. В этот день прошли 43 мили, а всего - 488 миль.

24/IV Дикие монголы.  Приезд в Юм-бейсе.

12-й день пути. Воскресенье, первый день Пасхи. В 8 ч. 45 м. утра выехали дальше. День солнечный, дует прохладный ветерок. Во время сборов в дорогу приехали из степи, как обычно, монголы, рассматривая все с любопытством, грязные и дикие, не знающие Будды (вероятно, шаманисты) и предпочитающие изображению Будды янчаны (деньги).

Едем верблюжьей тропой через пески и перевалы, временами через очень крутые подъемы и спуски. В автомобиле У. перетерлась изоляция электропровода, произошло короткое замыкание и вспышка, загорелся корпус. Благодаря присутствию духа у шофера У. пожар был вовремя устранен. На автомобиле находилось около двух тысяч патронов. Вчера по той же причине начался пожар у 3. Около 6ч. вечера достигли, наконец, с большими трудностями Юм-бейсе. За день прошли 37 миль, а всего — 525 миль. Остановились, проехав монастырь Юм-бейсе, за одну милю до того места, где осенью прошлого 1926 года останавливалось монгольское посольство проездом в Тибет. Представителем местного отдела Торгпредства были немедленно присланы вода и дрова (дзак).

25/IV Конец автомобильного пути.  Верблюды.

С утра на стоянке образовался целый круг сидящих за чаем у костра лам из монастыря Юм-бейсе. Среди них находился лама, заведующий хозяйством монастыря, два раза ходивший с караваном в нужном нам направлении и сопровождавший до Шибочена монгольское посольство. Рекомендован и прислан нам отделом Торгпредства. Из разговоров с ним выяснилось, что дальше двигаться на автомобилях нельзя. В подкрепление сказанного лама отметил, что монгольский главнокомандующий не мог доехать даже до границы. Мы были вынуждены отказаться от автомобилей и продолжать путь на верблюдах.

26/IV Буран. Подготовка каравана.  Минеральные богатства. Снежные леопарды и рыси. Местные заболевания.

Накануне с вечера поднялся сильный ветер, слегка стихший к 11 ч. вечера; после 1ч. ночи ветер начал усиливаться и к 4ч. утра перешел в буран. Обеденная палатка, сделанная в виде большого зонтика, была сорвана; затем сорвалась палатка Ю.Н. и П.К. Моя палатка была спасена лишь благодаря вовремя подоспевшим бурятам. Далеко в пустыню унесло эмалированный таз, доски и другие вещи; летели мелкие камни. Ночь прошла без сна. Стоявший на часах бурят лама Бухаев, по-видимому, или спал, или был в общей палатке, так как во время бедствия не проявлял никаких признаков жизни, и его никто не видел, поэтому я, спасая палатку, был вынужден позвать на помощь первого попавшегося мне человека. Утром пришлось срочно обследовать местность и перебраться на новую стоянку на расстоянии одной мили у подножья гор, защищающих от северо-восточного ветра. День прошел в хозяйственных заботах по подготовке к отправке караваном бидонов для воды, взятых из-под бензина. Приезжал представитель отделения Торгпредства в Юм-бейсе И.И.Ш., который сообщил, что представитель СССР в Цайдаме, бурят, выехал оттуда ввиду каких-то неприятностей и недоразумений с цайдамским князем. Завтра отпускаем наши автомобили обратно в Ургу; повезут из Торгпредства ценную пушнину, между прочим, два редких экземпляра шкур черных лисиц, купленных по 14 р. за каждую, и снежного леопарда (ирбис) - за 30 р., а также рысей; все звери убиты в окрестностях Юм-бейсе. Сообщают, что дальше в горах Монголии встречаются тигры.

Здесь, как и повсюду после Урги, топливо - аргал (помет) и дзак; между тем, судя по минеральным богатствам Монголии и характеру и разнообразию гор, здесь в изобилии должен быть каменный уголь или по крайней мере горючий сланец; вероятно, имеется и нефть - богатый материал для геологов.

Здешний торгпред по необходимости стал «доктором», так как местные ламы лечат почти исключительно молитвами. Он говорит, что за неимением прочих лекарств всякое смазывание йодом и промывание борной водой имеет громадный успех. В этой местности, по словам торгпреда, весной бывают массовые заболевания суставов с временными, день или два, параличами; по-видимому, суставной ревматизм с явлениями неврита.

27/IV Монастырь Юм-бейсе.  Фаллос и ведьмы. Стрельба в священных горах. Опять буран.

В 3 ч. ночи часовой бурят Цультим явился в палатку Ю.Н. и заявил, что он стоит уже третий час без смены, тогда как лама Кейдуб стоял перед ним только один час и поэтому он больше стоять не хочет. Состоялся разговор. Выяснилось, что из четырех лам мы можем положиться только на ламу Малонова, в котором еще сохранились признаки ламства. «Поистине, драгоценное учение Будды должно быть очищено», - говорит Н.К.

Сегодня были в местном монастыре, где, видимо, понятие о грядущем Майтрейе еще очень слабо, так как многие из лам даже не знали, есть ли у них изображение «Майдере», и даже отрицали это. Изображение Майтрейи со спущенными ногами, в виде «танки»[46] небольшого размера, мы все-таки нашли в месте, мало доступном лучам солнца. Монахи (ламы) этого монастыря производят весьма тягостное впечатление: они - народ темный, невежественный; вообще замечено, что там, где о Грядущем, о «Майдере», не слыхали или имеют малое понятие, нет жизни духа. Монастырь защищен горами. На горах ступы, но превыше всего неожиданность - сооружение большого фаллоса из дерева, обложенное у основания камнями и склоненное в направлении ущелья, ведущего к населенным местностям, «откуда могут приходить женщины». По местным понятиям, среди них могут оказаться «ведьмы», против них и направлен этот фаллос, чтобы они имели его в виду и не беспокоили монахов (лам). Вчера к нашим палаткам приходили две безобразные женщины с обликом ведьм, кривлявшиеся и гримасничавшие, сидя у палаток; по-видимому, местные гадальщицы.

Сегодня отпустили наших шоферов, выдав им денежную премию за небольшой пройденный путь. Вечером приезжал хошун дарга (начальник хошуна) - молодой человек с тонкими чертами лица и с длинной косой. Из слов старшего ламы Малонова выяснилось, что бурят Цультим во время ночного дежурства переводит часы.

Вечером, в 7 ч. 20 м., внезапно начался буран; воздух наполнился тончайшей пылью; вместо солнца был виден лишь просвет в виде отверстия в тучах пыли, а потом, когда пыль немного улеглась, солнечный диск казался блестящим, серебристым. Вечером, до бурана, обучали бурят стрельбе из винтовок. Потом были получены из монастыря сведения, что местность у гор, где мы стоим, священна, и здесь нельзя ни стрелять, ни убивать животных. Ночью буран продолжался с большей силой, обрывая палатки. В таких случаях спать не приходится, лежишь и думаешь, что каждую минуту все оборвет и разнесет. К 7 ч. утра все стихло.

28/IV Буран сносит юрты. Гадание тибетца. Зверь «шарагол».

Погода холодная. Вновь поднялся порывистый ветер. Небо обложено тучами; порхают снежинки. Во дворе Торгпредства, находящемся под защитой гор и стен, ночью бураном снесло юрту. Юрта торгпреда, собственно, уполномоченного торговой экспедиции, была прикреплена на ночь к тяжелому камню, который приподнимался под ударами ветра.

Холодная погода приятна для верблюдов - лучше идут, но тяжела для людей из-за порывистого ветра, несущего с собой бессонную ночь, простуду, иногда слабость и головную боль. К вечеру буран усилился, и начал порхать снежок.

. Тибетец Кончок гадал по трещинам на бараньей лопатке, которая предварительно была брошена в огонь костра. От одного из бурят, родом из местности около Кяхты, слышали рассказ-легенду о многоногом звере «шарагол», который для него страшнее ирбиса - снежного леопарда; трудно определить, что находится в основании этого рассказа. Приходили ламы с хатаками просить помощи на сооружение изображения Майтрейи. Опять переговоры с даргой хошуна.

29/IV Договор с караванщиком. Содержание песни о Шамбале. Предсказание хамбо о времени Шамбалы.

С утра началось составление договора с ламой-караванщиком за караван до Шибочена, причем в счет общей суммы 820 мекдолларов ему было выплачено вперед 500 мекдолларов. Обещал, что завтра мы обязательно выступим, несмотря ни на какую погоду. Стоит солнечная, но все еще холодная, слегка ветреная погода. Сегодня буряты обещали сообщить перевод песни Сухэ-Батора о Шамбале. Вечером среди лиловых сумерек узнаем краткое содержание песни, в которой сплетаются чаяния об освобождении с древними чаяниями о построении нового мира:

Тут же бурят Цультим сообщает, что хамбо их Гандена (монастырь в Монголии, в Урге) сказал ему о начале наступления времени Шамбалы в 1931 году. Монголия провожает нас тем же знанием о времени Шамбалы, которое было явлено перед нами и на юге, и на западе, и на востоке Азии. Осматривали верховых верблюдов; опять собираемся в дорогу, укладывая наши книги путевых наставников и друзей: «Гималайское Учение Общины», «Основы Буддизма», книги С.Вивекананды[47], Рамакришны[48], тома путешествий по Тибету, - и неожиданно книги Анатоля Франса[49], как бы последний знак скептического и просвещенного Запада.

Примечания

[40] Доньер — курьер, посыльный, вестовой. — Прим. ред.

[41] Дольмен — мегалитическое сооружение в виде большого каменного ящика, накрытого плоской плитой. — Прим. ред.

[42] Обо — придорожная насыпь для совершения около нее молитв. — Прим.

[43] Менгир — мегалитическое сооружение, врытый вертикально в землю камень высотой 4—5 м и более. — Прим. ред.

[44] Дунгане — тюркский народ в Китае, Казахстане и Киргизии, мусульмане-сунниты. — Прим. ред.

[45] Торгоуты (торгуты) — народность, обитающая в Западной Монголии. —Прим. ред.

[46] Танка (тханка) — тибетская живописная икона, изображенная на ткани. —Прим. ред.

[47] Свами Вивекананда (1863—1902) — индийский мыслитель-гуманист, религиозный реформатор и общественный деятель. — Прим. ред.

[48] Рамакришна (Гададхар Чаттерджи) (1836—1886) — индийский религиозный мыслитель и общественный деятель. — Прим. ред.

[49] Анатоль Франс (Анатоль Франсуа Тибо) (1844—1924) — французский писатель, лауреат Нобелевской премии (1921). — Прим. ред.